gay
 


  Российский литературный портал геев, лесбиянок, бисексуалов и транссексуалов
ЗНАКОМСТВА BBS ОБЩЕСТВО ЛЮДИ ЛИТЕРАТУРА ИСКУССТВО НАУКА СТИЛЬ ЖИЗНИ ГЕЙ-ГИД МАГАЗИН РЕКЛАМА
GAY.RU
  ПРОЕКТ ЖУРНАЛА "КВИР" · 18+ ПОИСК: 

Авторы

  · Поиск по авторам

  · Античные
  · Современники
  · Зарубежные
  · Российские


Книги

  · Поиск по названиям

  · Альбомы
  · Биографии
  · Детективы
  · Эротика
  · Фантастика
  · Стиль/мода
  · Художественные
  · Здоровье
  · Журналы
  · Поэзия
  · Научно-популярные


Публикации

  · Статьи
  · Биографии
  · Фрагменты книг
  · Интервью
  · Новости
  · Стихи
  · Рецензии
  · Проза


Сайты-спутники

  · Квир
  · Xgay.Ru
  · Юркун



МАГАЗИН




РЕКЛАМА







В начало > Публикации > Проза


Окно и кошка


Окно и кошка

У Андрея не было черного свитера, поэтому он решил, что не пойдет на похороны Славика. Тем более он знал его очень плохо.

- Славик... кто это? - переспросил Андрей, когда впервые услышал о его смерти.

- Это бойфренд Саши.

- А кто такой Саша?

- Ну, Са-аша, который ворует западные гранты.

- А-а, этот... И отчего же он умер?

Леша склонился к Андрею и прошептал:

- Говорят, самоубийство... У него были огромные долги.

- Странно, его бойфренд ворует огромные деньги, а он стреляет себе в рот из-за долгов?

- Он отравился лекарствами.

- Все равно странно...

Леша взял голову Андрея в ладони.

- А что ты будешь делать, если я умру?..

- Куда это ты, Лешенька, собрался? - Андрей хотел пошутить, что Леша работает курьером и отправлять его за смертью - очень верно. Но не стал этого говорить: Леша переживал из-за своей ничтожности.

- Никуда я не собрался... Но смерть, ты знаешь, приходит, когда хочет...

Андрей отнял одну руку от головы и поцеловал ладонь:

- Если ты умрешь, я тоже умру.

Леша принял решение отдать Андрею свой черный свитер. Он надел серый и это, надо сказать, никого не смутило.

В небольшой группе, стоявшей у здания морга, мелькали цвета гораздо более легкомысленные. Леша подошел к заплаканному Саше, пожал его неподвижную ладонь и сказал, что они скорбят вместе с ним. Андрей закусив губу, просто кивнул. Они сразу отошли.

- Боже, что он сейчас переживает...

- Откуда тебе, Леша, знать. Может быть, он радуется.

- Что? Нет, он не может...

- Привет, - Андрей кивнул куда-то в сторону.

Рядом также тихо переговаривались две девушки: одна - кряжистая Умида с маленькой стриженой головой, другая - стройная Эвелина с высокой грудью, которая подпрыгнула, когда хозяйка чихнула. Было прохладно.

- Надеюсь на моих похоронах, - бормотал Андрей, - не будет этих чертовых лесбиянок и вообще - баб.

- Но все мы произошли от женщин.

- Леша, не болтай ерунду. Ты еще скажи, что смерть - это ужасно.

- Смерть - это ужасно, - сказал Леша.

Они замолчали.

- Я хочу посмотреть морг, - сказал Андрей.

- Иди... Я постою на воздухе.

На крыльце морга курил мужчина. Дверь позади него открылась, появилась женщина в платке. Она выхватила у мужчины изо рта сигарету и бросила ее в мусорную тумбу. Мужчина обернулся и, Андрею показалось, захотел ударить женщину, а она - его. Андрей боком проскользнул мимо и вошел в здание.

По периметру квадратной комнаты стояли лавки, левее входа два окна, показывавших улицу: грязную и по-весеннему расхлябанную. В стене напротив тоже было окно, только маленькое и как бы утопленное, закрытое решеткой-паутиной.

На стене висела доска с объявлениями. Их внимательно читали две старухи. Одна подтолкнула другую и ткнула пальцем в какую-то строку, выделенную розовой полосой, мол, я же говорила тебе. У окна на скамейке сидел красивый молодой мужчина, сжимавший в руке телефон.

Андрей сел рядом, подтянул ноги. Скосив глаза, смотрел на мужчину: его скулы, небритость, дергающаяся щека. Наверное, кто-то умер.

Вошла женщина в условно белом халате. Она открыла в стене дверь, которую Андрей не заметил сразу, и увела старух с собой. Через минуту он услышал, как старухи стали плакать детскими голосами. Вдруг они будто сорвались вниз и захрипели: это заплакал красивый мужчина. Может быть, ему показалось, что он остался один, а, может быть, произошло что-то другое. Он плакал, стонал, раскачиваясь. Телефон выпал у него из руки и разлетелся по полу. Андрей повернулся и стал смотреть на мужчину - тот начал хрипеть от рыданий. Не прикрывая лицо руками, он как-то странно выставил их запястьями вверх.

- Примите мои искренние соболезнования, - сказал Андрей.

Его слова прозвучали, когда мужчина на пару секунд умолк, словно захлебнулся. Андрей услышал себя самого: "Примите мои искренние соболезнования". Под его ногой что-то хрустнуло: корпус телефона. Собрав, Андрей вложил его в руку мужчины. Он не отреагировал.

Рука у него была теплая, хотя, казалось, должна быть ледяной. Нет, она была теплой. И шея его тоже, и щеки, и весь он был теплым, мягким, хорошим. Живот у него тоже был прекрасным, то поднимающимся, то уходящим внутрь. Твердая грудь и большие плечи. У него были крепкие круглые руки, очень сильные, но не в эту минуту. Очень слабо, почти без воли, он сопротивлялся Андрею, когда тот стал его обнимать и трогать. Даже когда он сел ему на колени. Губы он отводил в сторону, не давая себя целовать, приподнимал голову. Тогда открывалась шея и вздрагивающий кадык, который Андрей несколько раз обошел языком.

- Мои искренние... мои самые искренние соболезнования...

* * *

- Действительно, ничего интересного, - сказал Андрей, вернувшись.

- Ах, ты все пропустил, - ответил Леша.

Оказывается, Саше не дали просто так смотреть на покойника, предложив открыть гроб за деньги. Умида хотела разобраться. Толстый Вова в жилетке посоветовал этого не делать, но сказал, что напишет в блог. Вокруг снова зашумели: гроб, оказывается, не был заколочен, а посмотреть на покойника все равно не давали. Когда это выяснилось, гроб тут же заколотили. Саша выл, все волновались, толстый Вова вынул коммуникатор, еще злился какой-то лохматый мальчик с тоннелем в мочке уха. Но пожилой мужчина с очень сдержанными манерами напомнил всем, для чего они собрались. Постепенно все успокоились и пошли к автобусу с черной полосой. Впрочем, Вова сказал, что полоса вовсе не черная, а в России также мало имеют понятие о насыщенном цвете, как и о насыщенной жизни. Катафалк тронулся и поехал куда-то в Кузьминки.

Андрей хотел спросить Лешу, сидевшего рядом, о времени: ему лень было вынимать телефон и смотреть на часы. Но и говорить ему тоже не хотелось. Все молчали, водитель с шумом дергал рычаг. Андрей обернулся: Саша сидел сзади у гроба и выщипывал волосок из подбородка. Рядом находился молодой человек, темноволосый и печальный. Наверное, кто-то из гостей.

- Не знаешь, кто этот кудрявый? - спросил он у Леши.

- Который?

- Да не верти головой...

- Не знаю. Говорят, на похороны ушло почти сто тысяч рублей.

В крематории пришлось подождать. Вскоре зал освободился - из него вышло несколько мордатых мужчин, женщина, державшая бутылку водки, и священник с погасшим кадилом. Следом появилась работница морга в черной дутой жилетке. "Проходите".

На подставке ждал гроб. Вокруг в пластмассовых вазонах торчали живые цветы. Войдя в зал, скорбящие замирали у стен. Один Саша встал у изголовья, держа в руках измятый черный пакет. К нему подошел темноволосый кудрявый мальчик, взял пакет и, вернувшись, встал сзади. Саша не знал, что делать с освободившимися руками.

Из пакета сзади пахло чем-то сладким, наверное, кутьей. Или сам мальчик сладко пах?.. Заиграла печальная музыка, вышла работница морга и напомнила, что за печальное событие собрало публику - умер Станислав Сергеевич Антонов. Сладкий запах... Они ездили с Лешей и его друзьями в Александров. В электричке кто-то рассказывал про головоломки. Потом был город с закрытыми музеями, открыты были только фасады зданий... Станислав Сергеевич ушел безвременно... Улица. За деревьями - Александровская слобода. На дороге - мертвая разорванная собака. Мотоциклы у трактира. Из него выходят байкеры, один несет облако розовых блестящих шаров. Медленно, как галлюцинация, идет женщина с детской коляской. И этот вот запах и этот звук... Но кто тогда плакал? Наверное, ребенок. Андрей пытался приблизить воспоминание, заглянуть в коляску, но ничего, кроме темноты, разглядеть не мог. Кто же это плачет?..

* * *

- Я думал, ты ко мне не подойдешь... никто и никогда ко мне не по... подойдет... - жаловался Леша, когда они вновь ехали в автобусе - теперь уже на поминки.

- Извини, я был как в тумане. Тяжело впечатление, - Андрей обнял Лешу и погладил по светлым волосам, смахнул слезу с длинного носа.

- Я стоял и плакал, плакал...

- Ну, извини. Я действительно не сразу понял ...

Андрей крепче обнял Лешу и сказал, что они умрут в один день. Леша сказал, что ему дорога каждая черточка в Андрее.

Поминки проходили на Сашиной квартире. Тихо работал телевизор, шел черно-белый фильм. Леша помогал девушкам накрывать на стол. Андрея попросили следить за серым котенком - любителем красть со стола. Славик его где-то подобрал, но так и не успел выдрессировать.

Перед Андреем поставили толстую тарелку с синей каймой, положили вилку с ложкой. Леша накладывал салат, рыбу под майонезом, карбонат, положил грибы. Кто-то вспомнил, что у грибов особенное устройство. Это был кудрявый мальчик. Андрей услышал наконец его голос. Голос как голос.

Помянули Славика. Саша стал плакать, что не смог удержать его от рокового шага. Показал гостям рисунки, которые тот делал незадолго до смерти. Их торжественно передавали друг другу. Андрей вежливо смотрел на карандашные наброски каких-то подмосковных пейзажей. На одном из них была нарисована, кажется, Александровская слобода. Дорога перед ней была пустой, без мертвой, конечно, собаки. Но вдалеке была изображена какая-то толстая фигура. Андрей прикоснулся к ней пальцем и сразу отдернул. Ему показалось, что фигура укусила его, как если бы он наткнулся на злого муравья.

Саша предложил пройти в подъезд, осмотреть место, где Славик, отравившийся таблетками, пролежал несколько дней. Перед выходом закрыли окно, чтобы котенок не выпрыгнул на улицу.

В тамбуре было тесно. Саша объяснил, что в соседних квартирах никто не живет, поэтому умереть здесь, за решеткой, было очень удобно. Впереди Андрея стоял Рамиль, можно было рассматривать его затылок и короткие локоны... Вскоре гости вернулись: стало душно и неприятно.

- У него умерли родители... Ни мамы, ни папы... - говорил Саша, садясь за стол. - Вот так он и жил, мой маленький...

Ему предложили, наконец, поесть. Но, покачав головой, Саша вновь отказался, равнодушно посмотрел на зиккурат из салата, расплывавшийся у него в тарелке.

- Ты не выяснил, кто этот мальчик?

- Нет, Андрюша, - Леша обернулся к кудрявому, - Извини, как тебя зовут?

- Рамиль.

- Ты куришь, Рамиль?

- Курю.

- Андрей тоже курит, - и весело прибавил: - А не пойти ли вам вместе?

На улице они встали под окном квартиры, мальчик молча протянул сигарету, Андрей также молча ее взял. На самом деле он не курил, но говорить об этом не хотелось. У Рамиля были американские спички. Он зажег одну из них и, сложив ладони, поднес пламя Андрею. Он неумело поджег сигарету и втянул воздух. Дым показался ему приятным, хотя он все равно закашлял.

- Ты думал раньше, что он... ну... покончит с собой?

- Славик?.. - Рамиль кивнул. - Я его почти не знал...

- Он ведь оставил записку, но про фотографии там ни слова - только про деньги. Он извиняется за большие долги. А тут еще похороны! Бедный Саша, он так не любит тратиться...

- Я об этом тоже ничего не знаю. А что за...

- Но, думаю, он все равно вернет эти деньги ... От Славика остались кое-какие вещи.

- Ты говорил о фотографиях... - сигарета в руке Андрея почти наполовину сгорела.

- Стряхни пепел, - Рамиль показал, как.

- Да... я, да... - Андрей стряхнул себе на рубашку.

- Фотки те самые, ну, понимаешь...

- Не понимаю. Действительно не понимаю.

Из квартиры донесся грохот, но Андрей решил не обращать на него внимания. Он ждал, что мальчик ему ответит.

- парень, где он сосет член. И где у него сосут член. И еще фотка с жопой.

- Кто... сосет член? Чья жопа? - сигарета висела, прилипнув к губе Андрея.

- Покойника. Ты разве это не видел? Их все уже посмотрели.

Из подъезда, выбежала коротконогая Умида. Она хрипела, что Саше плохо, что он лежит багровый на полу. Пометавшись, она побежала обратно. Из окна кричали, что нужно вызывать "скорую".

- Пойдем, это интересно, - сказал Рамиль.

Саша действительно лежал, но не на полу, а на диване. Андрей с ужасом взглянул на хозяина квартиры: он хрипел и пускал ртом пузыри. Позвонить в "скорую" не могли: городского телефона в квартире не было, у половины гостей разрядились мобильники, у других - закончились деньги. Зато обнаружилось несколько ноутбуков, один эппловский, принадлежавший Славику, который Саша надеялся продать. Кто-то крикнул, что можно позвонить по скайпу, кто-то предложил дойти до метро, где будут доступны экстренные вызовы. Тем временем Саша поднялся, взял со стола кусок ветчины, бросил в себя и снова, хрипя, повалился на диван.

- Я вызывал "скорую помощь", - сказал Леша.

Никто не обратил на него внимания. Толстый мальчик с коммуникатором говорил, что доверять государству в вопросах жизни и смерти невозможно, что единственная надежда - это самоорганизация. Не волнуйтесь, повторял он, я написал в твиттер, что нужна помощь. У меня более полутора тысяч подписчиков и их количество растет. Главное, просил он, не волнуйтесь. Пожилой мужчина, который оказался ветеринаром, сел рядом с Сашей и, успокаивая, гладил по голове. Он шутливо сетовал, что Саша - не кошка или не собака, иначе он знал бы, как поступить. Саша слабо улыбнулся.

- Он вызвал "скорую", ебаные куски!!

Все замерли, замерла рука ветеринара на Сашиной голове.

- Вы что, суки, глухие!! Он вызвал эту ебаную "скорую помощь"!! - кричал парень с тоннелем в ухе, указывая на Лешу. - Вы все ебаные куски!!

- Кто он такой? Почему кричит? Он и на стол не накрывал, - обиделась за всех Эвелина.

Дверь грохнула: разгневанный парень ушел, опрокинув велосипед, стоявший в коридоре. Все с негодованием посмотрели на Лешу, словно он позвал на похороны этого хама.

- Я действительно вызвал... - бормотал он. - Что я не так сделал?

Ему никто не ответил. Он вновь поймал на себе недоумевающие взгляды. Саша сидел у стола и дожевывал остатки зелени.

- Нам нужно поговорить, - Андрей взял Лешу за руку и выволок в коридор.

- В чем дело? Это из-за "скорой помощи". Но я, честное слово, хотел помочь: он умирал. Не понимаю, не понимаю, почему я всегда виноват... Велосипед валяется...

Леша поднял велосипед и прислонил его к стене.

- Оставь чертов велосипед. Что за фотографии там были?

- Где?

- У покойного. Какой-то член, какая-то жопа.

- А... Ну... У него было много проблем, очень много. Долги...

- Меня не интересуют долги. Меня интересуют фотографии. Они явно были порнографические...

- Ну да...

- Не мычи! Что за фотки?! Кто их делал?! И что на них было?.. Ну?

- Я не хотел об этом говорить, но если ты уже знаешь... А кто тебе рассказал?

Андрей наступил Леше на кончик кроссовка:

- Говори.

- Фотки самые обыкновенные: у него там сосали член, потом он сосал... тоже член.

- И еще одна фотка с задницей, - уточнил Андрей. - Почему ты мне об этом не рассказывал? Почему?

- Неизвестный человек рассылал их друзьям Славика... В Контакте, в Фейсбуке, на Одноклассниках... Он мстил ему за что-то...

- И?

- Все охали и пересылали друг другу. А я не стал этого делать...

- Считаешь себя лучше остальных? - Андрей улыбнулся.

- Нет, конечно. Просто этот человек хотел навредить Славику, а я...

- А ты меня не любишь.

- Как? - испугался Леша. - Очень люблю!

- Знаешь, что такое любовь? Любовь - это доверие, как подмосковный телеканал. Понимаешь?

Перед глазами у Леши всплыла картинка: экран, внутри которого находилась женская голова с огромными серьгами на отвисших мочках. Голова из ток-шоу сказала: "Любовь - это, прежде всего, доверие. Доверие и уважение..."

- Я и не спорю с этим, Дрюша... - Леша готов был заплакать. - Я очень тебя люблю! Ты даже не представляешь...

Андрей поднял руку: остановись.

- Уверен, здесь все эти фотографии видели.

- Ну, конечно! Их все разослали друг другу. Поэтому Славик и повесился.

- Он сделал это из-за долгов - ты сам говорил, - уточнил Андрей. - Кроме того, есть записка, где все ясно сказано.

- С долгами можно рассчитаться, а с фотографиями...

- Заткнись! - оборвал Андрей. - Звать меня на похороны Славика, не показав фото, было омерзительно!

- Но почему?

- Потому что их видели все! Один я сижу, как идиот.

Леша взялся за ручку велосипеда, тронул одним пальцем язычок звонка. Он отозвался треском.

- Ты просто ищешь повод меня бросить...

- Неправда, кхм, дорогой, - в горле Андрея скопилась мокрота. - Это, потому что я курил сегодня... Ты мне очень, кхм... Хотя, что я такое говорю! Ты ведь сам прекрасно знаешь, что я, кхм, люблю тебя.

Он сильно закашлялся: ранней весной с ним это часто происходило.

Из квартиры выбежала Умида. Она кричала, что кто-то открыл окно и кошке удалось улизнуть. "Надо что-то делать! Что вы стоите! Вы мужчины или нет?!" Умида бросилась в подъезд в одних носках, поскользнулась и едва не упала, вцепившись в перила и оторвав прикрученную банку с окурками. Она влетела обратно в коридор, надела красные шлепанцы и снова выбежала.

- Надо идти... Надо найти кошку... - повторил Леша. - Он там не выживет - на улице...

- Выживет еще как! Вспомни демотиватор с котэ. Леша?..

Андрей заглянул ему в глаза: в них ничего не изменилось. Казалось, за ними нет сознания. Леша ткнулся в плечо Андрея, выходя в подъезд. Исчез, спускаясь с лестницы.

Появился Саша, надел пальто и, подняв воротник, вышел. За ним следом потянулись остальные гости. Вешалка быстро опустела.

- Ты идешь, Андрей? - спросил ветеринар, стоя на пороге.

- Мы скоро выйдем, - ответил за него Рамиль.

Ветеринар ушел. Андрей почувствовал, как его берут за плечи.

- Кошка почувствовала весну и убежала трахаться. А дураки хотят ее "спасти"... Саша будет только рад, если она сдохнет. Зачем ему эта засранка.

- Но ведь это память о Славике, - Андрей не оборачивался, ему было очень хорошо.

- Пока главная память - это урна, за которую нужно платить в колумбарии. Думаю, через пару месяцев Саша ее вытряхнет... Хочешь посмотреть на фотки?

- Те самые? - Андрей вздрогнул. - Да, хочу.

Рамиль вынес в тамбур два стула и пригласил Андрея с собой. Он не задавал вопросов, он понимал, что так нужно: смотреть их там, где Славик умер. Рамиль вынул из кожаного портфеля айпад и включил его. Несколько раз прикоснулся к экрану, потом сказал:

- Смотри.

И Андрей увидел их. На первой фотографии Славику, красивому как небо, сосал член почти лысый мужчина. Он глядел в камеру вывернутым глазом, а Славик смеялся. На второй Славик, красивый как цветы, держал во рту короткий член. Наверное, он принадлежал тому самому, почти лысому. На третьей была фотография задницы.

- Невероятно... - прошептал Андрей. - Невероятно...

Фотографии его возбудили. Рамиль мял его джинсы между ног, прикоснулся к шее губами, развел их и выпустил язык. Андрей застонал. Он посматривал на первую фотографию, где белел толстый член с кривой веной. Его собственный уже был в кулаке у Рамиля. Он уже закусил губу, уже повизгивал и хлопал ртом. Бывший Славик смотрел на него с экрана. Ему показалось, что они кончают одновременно. Белая вспышка хлопнула перед глазами.

- Что это? Что ты сделал?.. - Андрей приходил в себя. Натянул трусы, почувствовав мокрый холод в паху. - Зачем ты фотографируешь?

-Ты ведь не будешь меня обижать, как Слава? Не будешь?

- Я...

- Ты, я знаю, не станешь травиться или вешаться. Ты теперь со мной.

Они целовались. Сначала на стульях, затем на полу. Он был холодный, но это все равно. Здесь умирал Славик. Наверное, он поджимал ноги. Но это все равно. Главное, теперь было хорошо, хорошо было им вдвоем, а, может быть, втроем, если бессмертная душа мальчика, красивого как солнце, была здесь. И, мысль о начале весны никогда еще не приносила такой радости.

© Валерий Печейкин, 2012



Copyright © Эд Мишин
Главный редактор: Владимир Кирсанов

Рейтинг@Mail.ru

Принимаем книги на рецензии от авторов и издателей по адресу редакции. Присылайте свои материалы - очерки, рецензии и новости литературной жизни - на e-mail. Адрес обычной почты: 109457, Москва, а/я 1. Тел.: (495) 783-0099

Полезняшки: